 |


 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Обращение от авторов книги:
Дорогие друзья! Читатели и критики!
Мы с Сергеем закончили работу над «Дикими картами Будущего» и с трепетом ждем ее выхода и реакции читателей. Эта книга – плод двухлетних исследований и практических инсталляций на территориях наших идей и социопрактик. Мы опирались также на вклад тех, кто работал с нами в фабриках мысли и в знаниевых машинках. Любой список наших соавторов будет не полным. Спасибо всем, кто был вокруг проектов и внутри них! Темы энергетики и Космоса являются для нас определяющими в сюжете книги и в нашей онтологии. Это сюжеты о том, как помыслить изменения в социуме, несмотря на барьерное торможение, и с какие инструментами вступить в Будущее. Тема диких карт, джокеров особенно актуальна на наш взгляд сегодня, на сломе времен. Первый том называется «Когда закрыт Аэропорт…» и в значительной степени посвящен тому миру, в котором мы живем, миру кризиса и миру перехода. Второй том «Портрет инженера в интерьере» - о том, как выйти из кризиса без шестисотлетней катастрофы Темных веков. Эта книга была написана как посвящение инженерам, которые создали наш индустриальный мир, и в частности сотрудникам ГНЦ НИИР города Димитровграда – редкому оазису единства мысли и деятельности на Земле.
Елена Переслегина
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |

 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Сергей Переслегин. На этот раз - о гражданском обществе. - Сейчас много информационных поводов, которые заставляют объединяться людей в то, что они называют гражданским обществом. Под этим они понимают требование сделать то, что, по их мнению, им не дают. Как это можно интерпретировать и чем это отличается от гражданского общества в западном представлении? - Я не знаю, что такое гражданское общество в западном представлении и сильно сомневаюсь в том, что оно существует. Но я довольно хорошо знаю, что такое гражданское общество в представлении французской революции, да и русской революции тоже. Гражданское общество - это общество граждан, у которых имеется своя позиция относительно происходящих событий в обществе и мире. Имеются механизмы для представления и реализации такой позиции. И имеется воля добиваться ее реализации. В этом отношении гражданское общество - это общество, которое способно что-то делать по своей инициативе, а не потому, что имеется указание сверху, или не потому, что без этого просто физически не выжить. Я утверждаю необычную вещь, я говорю, что в Советском Союзе при Сталине было вполне выраженное, ясное гражданское общество. И именно этим объясняется знаменитая фраза товарища Сталина господину Черчиллю на его вопрос «Ну какая вам разница, как будут проходить границы между Россией и Польшей, которая все равно в сфере вашего влияния?» Сталин ответил: «Уинстон, у меня будут трения с моими избирателями». Сталин довольно точно понимал, что есть определенные вещи, на которые он пойти не может, поскольку очень сильное и очень уверенное в себе гражданское общество России не позволит ему этого сделать. Причем «не позволит» - понятие вполне физическое, и не надо говорить, что у Сталина была охранка и всё прочее. Гражданское общество - вещь более сильная. И это понимали все по-настоящему значимые политики. Это понимал и Сталин, это понимал и Бисмарк, это понимали и демократические политики, типа Черчилля и Маргарет Тэтчер. Все очень хорошо понимали, что здесь можно, а что нельзя. У гражданского общества есть позиция. Гражданское общество знает, чего оно хочет. Гражданское общество всегда побуждает власть делать. И вот это принципиальная ситуация. Гражданское общество не побуждает власть что-то не делать. Не делать власть и сама способна, это у нее отлично получается. Я могу сказать, что как раз сейчас в России большие проблемы с гражданским обществом по одной очень простой причине. Гражданское общество требует наличия энергии и наличия определенной картины Будущего, во имя которой и для которой это гражданское общество собственно и существует. Точка зрения, что гражданское общество существует для контроля власти, - это даже не ошибка, это чей-то достаточно осмысленный обман. Дело в том, что систем контроля в нашем обществе расплодилось и так безмерно. Нам абсолютно не нужна еще одна система контроля, при этом абсолютно безответственная. Как легко понять, гражданское общество, которое только контролирует, само ни за что не отвечает и не собирается. ( Продолжение )
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |

 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Сергей Переслегин об отмене строительства Охта-центра. Полностью согласна. "...Давайте посмотрим ситуацию с разных позиций. Ну, для начала с логики градостроительства. Петербург – один из очень немногих городов мира, расположенных почти на абсолютной плоскости. Исторически сложилось, что у него полностью отсутствует сколько-нибудь значительные вертикальные объекты, их нет ни в топографии местности, ни в архитектуре. В результате у человека, который живет в Петербурге, отсутствует ощущение вертикальной перспективы, это вредно всем, но особенно вредно, разумеется, детям, когда мышление их только формируется. Всё было бы не так плохо, располагайся Петербург где-нибудь поближе к теплым морям, например, в районе Таганрога, где Пётр I его первоначально предполагал построить. Тогда в качестве вертикальной перспективы было бы высокое синее небо, в котором большую часть года светило бы Солнце. Но Петербургу очень не везёт, город это северный, зона балтийского циклона, девять месяцев в году Солнца в нем просто не бывает, а в остальные три месяца оно стоит довольно низко над горизонтом, как и положено городу 60-й параллели. Соответственно, даже такой возможности увидеть вертикаль у людей нет. В этой ситуации Охта-центр (я совершенно не собираюсь анализировать проект с точки зрения эстетики, ибо считаю, что эстетические вкусы у каждого свои) давал хоть какую-то возможность эту самую вертикаль увидеть. Так вот теперь этой возможности нет и не будет, с чем я вас и поздравляю. «Это нарост на исторически сложившийся облик города», но как говорят в таком случае евреи «мне с вас смешно». Какой исторический облик может быть у города, которому 300 лет. Города живут тысячелетия, и облик их складывается обычно к концу первого тысячелетия, иногда к середине второго. Петербург настолько юный город, что говорить о его облике можно с тем же успехом, что о будущей красоте или некрасоте двухлетней девочки, кто его знает, какой она будет в семнадцать. В общем, довольно смешная логика. Петербург за ближайшие 500-600 лет будет меняться очень сильно, и я думаю, что облик свой перекроит не раз, не два и даже не десять. Замечу по этому поводу, что сравнительно древние города, та же Севилья в Испании, относятся к идее построения небоскребов в центре города абсолютно нейтрально. Ну, надо строить - ну строится, это что-то изменит? Да ничего не изменит, город и не такое видел и не такое переживал, а вы его хотите небоскребом напугать. Нет, только нашу питерскую интеллигенцию можно напугать небоскребом. Другой пример с другой стороны. Новенький, совершенно с иголочки, город Астана в Казахстане, построенный, кстати, по классической петербургской схеме – прямоугольная структура города с широкими проспектами. Городу 10 лет как реальной столице, как городу современного типа. Он весь усыпан высотным строительством. Небоскребы разные: красивые, пирамидальные, шарообразные, башнеобразные, даже Пизанская башня своя есть. В результате этого высотного строительства удалось прекрасно организовать городскую среду, создав компактные и удобные кварталы: медицинский, правительственный, спортивный и т.д., в результате чего в городе, которому по сути 10 лет, как-то оказалось довольно удобно жить и довольно удобно учиться и работать. Но в Петербурге нашу интеллигенцию проблемы удобства вообще не интересуют, они считают, что то, что планировалось в XVIII-XIX вв., это хорошо и здорово, хотя половина Петербурга была застроена доходными домами, историческая и культурная, а также архитектурная ценность, которых строго равна нулю. В общем, по-хорошему, надо сносить старый жилой фонд всего Васильевского острова и две трети Петроградской стороны и строить на этом месте хоть что-то похожее на дома, в которых будут жить кто-то, похожий на людей. Ну хотя бы японские андроиды, может им там хоть как-то будет удобно. С этой точки зрения принятое решение, т. е. победа питерской интеллигенции - еще одна большая глупость. Двигаемся дальше. Ни в каком другом месте газпромовскую башню строить не будут. В этой ситуации у Газпрома есть куча разных решений, тем более что немало городов уже предложили ему свое пространство для такой башни. А уход Газпрома из Петербурга будет означать довольно много: уменьшение платежей в городской бюджет, между прочим, кризис футбольной команды Зенит, и т.д. и т.п. Неприятное и бесполезное я вижу. А теперь скажите мне, во имя чего мы решили отказаться от приличных денег и очень неплохого налогоплательщика. Ладно, пропустили, двигаемся еще дальше..." Полностью, например, здесь.
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |

 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Мнение Сергея Переслегина о ситуации в «Росатоме» и перспективах развития атомной энергетики на блоге: http://pereslegin.net/?p=202#more-202 В чем содержание той борьбы, которая идет сейчас в «Росатоме» с быстрым направлением, а идет борьба, не смотря на наличие федеральной целевой программы? Ответ очень простой. Если создавать систему быстрых реакторов, придется что-то делать, не только говорить, не только заниматься пиаром, не только продавать конструкции, созданные в начале 1970-х годов в Советском Союзе и давно умершими людьми, но и делать что-то самим. А это страшно – может не получиться. Кроме того, всякое деланье не дает стопроцентной гарантии, может выйти, а может и нет, может быть сверхприбыль, а может никакой, требует вложений, требует развития НИРов и НИОКРов, требует уважения к научному и инженерному составу. Наши пиар-менеджеры уважать не способны никого, даже себя. Наши менеджеры способны уважать себя, но не способны уважать больше никого. А для того, чтобы сделать реактор нового поколения, нужен не конфликт менеджеров и инженеров, который сейчас идет в «Росатоме», а сотрудничество между ними и понимание стоящих перед ними великих общих задач.
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |


 |
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Читайте, друзья, на блоге Сергея Переслегина про Польшу: Наверное, авиакатастрофа с самолетом президента Польши заставляет переосмыслить некоторые вещи в польской истории. Надо сказать, что Польша представляет собой одну из самых странных европейских стран. Странных, необычных, иных, чужих и т.д. Во-первых, Польша имеет свою собственную, совершенно самостоятельную культуру, которую нельзя рассматривать ни как часть русской культуры, ни как часть культуры западноевропейской, ни тем более как часть культуры германо-австрийской. Во-вторых, Польша отличается тем, что создала в свое время, в 60-70-е годы, свою собственную фантастику. Это принципиально важно, потому что наличие фантастики есть понимание народом и страной своего собственного отдельного оригинального проекта будущего. И недаром в те же 60-е годы фантастику создали в США и СССР. Лишь позднее появилась японская ветвь. Так вот старая шутка о том, что фантастика делится на советскую, американскую и Станислава Лема, является абсолютной истиной. Т.е. в этом общем делении Польша явно имела и самостоятельное место, и самостоятельные картины мира, и самостоятельный проект. Вспоминая, что Станислав Лем не только замечательный фантаст, но еще один из гениальнейших философов, должен сказать, во второй половине XX столетия философы, вообще говоря, не очень напоминали о себе, Польша занимала на этой мировой карте очень заметное место. В этом отношении Польша – культура, заслуживающая всяческого внимания и уважения. Еще один важный момент: Польша имеет в своей истории опыт существования в виде империи, т.е. в форме цивилизации, определяющей способы и форматы существования на достаточно больших пространствах. Империй в мире не так уж много, точнее просто мало. И каждая чем-то замечательна. Т.е. у Польши есть, по меньшей мере, два основания находиться на мировой карте. И не только на мировой карте в географическом, пространственном, но и культурном, цивилизационном и других пространствах. Да, по ходу дела, вспомним и Коперника, то, что Польша и в истории великих мировых открытий занимает не самое последнее место.
|
 |
 |
 |
 |
|
 |
 |

|
 |
|
 |